Звёздная ночь
Написана из окна психиатрической лечебницы в Сен-Реми. Небо — вихри и спирали густой краски, деревня внизу спит. Не пейзаж, а состояние души.
1853–1890 · Нидерланды, Франция
тот, кто превратил цвет в крик — мазок как нерв, небо как вихрь
О художнике
Винсент ван Гог родился в Нидерландах в семье пастора. Он поздно пришёл к живописи — в 27 лет, после неудач на поприще торговца картинами и проповедника. Первые работы тёмные и тяжёлые: «Едоки картофеля» — это крестьяне, пахнущие землёй, написанные так, чтобы «всё выглядело жизненно правдивым».
В 1886 году Ван Гог переехал к брату Тео в Париж и буквально ослеп от импрессионизма: палитра взорвалась, мазок стал живым и ритмичным. Потом был Арль на юге Франции — самый продуктивный период. За год с небольшим он написал «Спальню в Арле», «Ночную террасу кафе», «Ирисы», «Подсолнухи».
Из психиатрической лечебницы Сен-Реми родилась «Звёздная ночь» — не вид из окна, а внутренний образ художника. В мае 1890 года Ван Гог переехал в Овер-сюр-Уаз под наблюдение доктора Гаше и за 70 дней написал 75 картин. В июле его не стало.
Галерея
Картины целиком, как в музейном зале, — без обрезки. Под каждой — год и на что смотреть.
Написана из окна психиатрической лечебницы в Сен-Реми. Небо — вихри и спирали густой краски, деревня внизу спит. Не пейзаж, а состояние души.
Серия написана для украшения комнаты Гогена в Арле. Жёлтая гамма от лимонного до охры — цвет доведён до почти осязаемого горения.
Комната как портрет: скошенная перспектива, яркие локальные цвета, никаких теней. Художник описывал её как картину «абсолютного покоя».
Первая ночная сцена без чёрного: жёлтый свет кафе против звёздного синего неба. Ван Гог доказал, что ночь бывает цветной.
Написаны в первую неделю в Сен-Реми. Вихрь сине-фиолетовых лепестков на белом фоне — рельефные мазки лепят форму как скульптура.
Главная работа нидерландского периода: тёмная, землистая, намеренно «некрасивая». Крестьяне под лампой — суровая правда труда и хлеба.
Одна из последних картин, написанных в Овере. Тёмное грозовое небо, три дороги, ни одной из которых нет выхода — образ тревоги и предела.